Памяти Алана Резоевича Чочиева...

Печальная весть о кончине Алана Резоевича Чочиева потрясла Осетию, застала врасплох, вызвала непоправимое чувство глубокого стыда у всех, кто знает о его важнейшей роли в создании свободного независимого государства Республики Южная Осетия. Когда зимой прошлого года стало известно о резком ухудшении здоровья Алана Резоевича, его соотечественники сильно встревожились, было острое понимание, что происходит недопустимое – основатель Республики все еще находится в изгнании, в одиночестве, лишенный возможности общения с близкими, возможности слышать осетинскую речь. Он не заслужил такой судьбы! Надо было поторопиться, принять срочные меры, чтобы человек-легенда, лидер «Адæмон Ныхас», выдающийся осетинский политический и государственный деятель, доктор исторических наук, автор многих известных научных трудов по истории Осетии, смог вернуться на родную землю. Наверное, что-то даже было предпринято для этого. Но время уже отметило конечную точку. Алан Резоевич Чочиев скончался на чужбине, накануне 14-й годовщины признания независимости своей любимой Родины. В последний раз он приезжал в Цхинвал в 2005 году, принял участие в праздновании 15-летия Республики. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию интервью Алана Резоевича газете «Республика», записанное в те дни.






Алан Чочиев: «В кошмарном сне я не мог представить, что стану лидером Народного фронта»


– Алан Резоевич, когда начинались исторические дела на юге Осетии, случилось так, что именно Вы стали лидером национального движения. В то время даже ходили разговоры, запускаемые грузинской стороной, что Вы – агент КГБ и выполняете задание Крем-

ля. Как же все было на самом деле?

– В 1988 году, когда все начиналось, я никакого отношения ко всему этому не имел. Был в институте студенческий клуб «Ныхас». Меня несколько раз просили прийти и выступить перед его членами. Но я не приходил, не потому, что по политическим мотивам был против этого клуба, просто как-то не получалось. А в 1989 году уже складывался «Народный фронт», шли собрания. Я несколько раз приходил со своим другом Русланом Кочиевым, но мы никогда не выступали. Иногда бросали пару реплик, которые, кстати, там не хотели понимать. 14 января 1989 года, на важнейшее собрание, когда все уже должно было оформиться в окончательном виде, я попал совсем случайно. Сидел в архиве научного института и работал (занимался арийской идеологией и написал к тому времени уже много трудов). Политика была на периферии моего интереса, чисто из любопытства. Я понимал, что происходит со страной, и первым в 1989 году сказал, что СССР уже распался, а в 1990 году написал это в своей брошюре, из-за которой меня таскали в КГБ, в прокуратуру и добивались ответа на вопрос, где же он распался, если мы в нем живем.

В общем, 14 января я сидел в архиве и работал, а все шли на собрание. Ко мне зашли сотрудники института, сказали, что архив закрывается, и лучше мне идти с ними. Я сказал, что поработаю, мне доверяли и часто оставляли в архиве. Но в тот день они стали уговаривать меня, упрекая в безразличии, давя на совесть и т.д. И я пошел. Оказалось, что там были люди с предприятий и учреждений, делегированные на это собрание. Мест в зале не было, я сидел фактически на подоконнике. Потом меня позвали в один из передних рядов, кто-то уступил мне место. Я сидел и слушал. Было очень интересно: первая осетинская политическая организация почти за 80 лет. Название организации «Адæмон Ныхас» выбирали где-то полтора часа, спор был очень искренний и немного забавный. Потом, прочитав и проголосовав за пункты устава, перешли к выборам председателя фронта.

Тут была очень сильная интрига, потому что подавляющее большинство хотело выбрать председателем фронта Валерия Газзаева. Обком же хотел, чтобы председателем стал более управляемый Нафи Джусойты. Однако в зале было много сторонников Газзаева, поднялся страшный шум, и я понял, что сейчас будет склока. И чтобы как-то остановить это, я поднялся и сказал: «Тихо. Не надо изобретать велосипед, в чем проблема? Давайте создадим комиссию, которая определит и запишет кандидатов, а потом проведет голосование. Пусть каждый внесет своего кандидата, без крика и мордобоя». Тут кто-то из зала сказал: «Вот ты и будь председателем счетной комиссии». За меня тут же проголосовали. Я еще и не подозревал, что это начало моей политической карьеры, в кошмарном сне мне не могло это присниться, даже никакого дикого помысла такого у меня не было. Ну, я попросил себе помощников, чтобы записывать все кандидатуры, которые тут же посыпались из зала в таком порядке: Валерий Газзаев, Нафи Джусойты, Зелим Цховребов и Анатолий Тедеев. В этот момент слово попросил Нафи, и сказал, что напрасно его предложили кандидатом, он вообще очень занят, к тому же это специфическая работа, но он знает человека, который с этой работой справится лучше всех: это Алан Чочиев. Я просто обалдел. Все что угодно, но этого я не ожидал. Просто сказать «нет» я не мог, все же это было первое политическое движение в Осетии, непатриотично было отказываться и т.д. Я не знал, что сказать и сказал, что я никто на этом собрании, никем не делегирован, попал случайно, меня привели с улицы. Но мне заявили, что это не имеет значения, просто включили в список и предложили голосовать. Кажется, там было 89 голосов из 100 выборщиков. В общем, слегка до 100 не дотягивало. Вот так я стал председателем Народного фронта.

Правда, я сразу сказал, что соглашусь лишь при условии, что это будет сопредседательство и больше чем на год я не согласен. Пусть председатель сменяется каждый год. За год я сделаю все, что смогу, а дальше пусть работают другие. Все согласились и даже внесли изменения в устав.

Любопытный факт, как только мы создали наше гражданское движение, ни Нафи, ни другие представители интеллигенции больше в «Адæмон Ныхас» не пришли. Другими словами, большинство из тех, кто образовал «Адæмон Ныхас», организацию покинули. Причина, на мой взгляд, в том, что, раз Нафи снял с себя председательство организацией, все поняли, что из нее надо бежать.

– Но было много и соратников. Они появились неожиданно, или выделялись и раньше? По каким качествам Вы их отбирали?

– Мне трудно сказать, потому что вот так сразу общую массу охарактеризовать нельзя. С самого начала там была Битарова Зоя, у нее уже был клуб «Ныхас», и она была подготовлена уже по многим вопросам, особенно по вопросу осетинского языка. Интеллигенция разбежалась, но самое поразительное было то, что в основном членами «АН», соратниками, стали женщины: та же Зоя Битарова, Зара Абаева, Люда Галаванова, Белла Плиева, чуть позже Лариса Остаева…

Я работаю в сфере аналитики, и методологически хорошо понимаю, почему именно женщины были первыми. Очень просто: мужская и женская моторика разные, мужчина до всего доходит логикой, в буквальном смысле методом тыка, проб и ошибок. Женщина интуитивно приходит быстрей, и поскольку она боится сильней, чем мужчина, она более деятельна. Любое мышление состоит из логического и интуитивного. Соотношение интуитивного и логического у мужчины одно, я бы сказал – ближе к силовому варианту, грубоватое. У женщин соотношение интуиции и силового мышления совсем другое: недостаток силы и больше страха, поэтому они более активны. Женщина чувствует, насколько это опасно, и это заставляет ее действовать. Женщины, которых я перечислил, все матери, у них есть дети, чувство самосохранения себя и семьи. И они очень активно включились и проделали гигантский объем работы. Соратниками были еще несколько человек, истово преданных: это Леонид Харебов и, конечно, Ахсар Джигкаев, интеллектуал, очень сильная личность. Существенную работу делали Филипп Цховребов, Инал Парастаев. Были и другие люди, которые стратегических идей не выдвигали, но чрезвычайно активно действовали. Был еще Тимур Санакоев, который проделал гигантскую работу по изготовлению символики «АН», сувениров, издавал наши газеты и брошюры. Он делал их в Прибалтике, мотался туда-сюда, даже не знаю, как он с этим справлялся.

– Алан Резоевич, когда Вы начинали строить Республику, у Вас, наверное, был какой-то идеал того, что именно надо строить. Соответствует ли то, что мы, в конце концов, получили, тому, как было задумано развитие и строительство РЮО?

– Сразу скажу: никакого проекта не было. Я знал только одно: буду председателем Народного фронта один год. Летом 1989 года я был приглашен работать в Западную Германию, в Гейдельбергский университет, но отказался, думал – доработаю этот год до конца, не хотелось быть предателем. Кто знал, что 23 ноября начнется война? Так что никакого проекта того, что мы строим, у меня не было. Был единственный проект – я заложил основы работы гражданского движения, безупречные в правовом и моральном смысле, чтобы они отвечали всем нормам международного и внутреннего права СССР, и чтобы у этого гражданского права начала закрепляться демократическая идеология.

А идея Республики уже была, витала в воздухе. Я говорил, что когда грузины говорят об упразднении автономий в Грузии, то это ни к кому не относится, кроме Южной Осетии, и меня здесь таскали по кабинетам в Обком и Облисполком. В КГБ, правда, не вызывали, а приглашали. В Прокуратуре говорили, что это приглашение, хотя завели уголовное дело. Я говорил, что речь идет об упразднении югоосетинской автономии, потому что в правовом отношении Грузия может из трех своих автономий упразднить только югоосетинскую. За это меня ненавидели грузины, за это меня таскали здесь. Я говорил, что аджарцы и абхазы могут не беспокоиться, их не упразднят. Аджарскую автономию образовали Турция и СССР, а Абхазия была союзной республикой, потом ее статус понизили до автономии в составе Грузии, и в таком виде она вошла в Конституцию СССР. Но ее можно было упразднить только через Москву. А мы образованы внутренним законом Грузии. И я говорил нашим властям, что надо действовать. Я требовал от них это. Поэтому все бочки катили на меня.

– На Ваших сентябрьских встречах в Цхинвале (данное интервью 2005 года - прим ред.) обсуждали вопрос Вашей реабилитации. Как Вы представляете – это будет масштабная реабилитация с наказанием тех, кто сломал Вам жизнь?

– Реабилитация должна быть по всем нормам юридического права. Я, конечно, придам ей тот политический смысл, который она на самом деле имела. Я уже объяснил это в своих брошюрах и в своей основной политической книге, которая, как я знаю, бродит по рукам. Это большой текст – 650 страниц, причем это «доведенный» текст, потому что часть я писал во Владикавказской тюрьме, часть – в Ростовской зоне. Вернувшись из Ростова, я провел редактирование, все исправил, доработал. Называется книга «От Цхинвала до Эльхота – полигон, игра, охота». Книга может быть издана сразу, как только найдутся деньги. Там сказано о значении моего ареста. И еще один вопрос, который я объясняю в книге: борьба шла за то, чтобы нейтрализовать идеолога этой квалификации фашизма-антифашизма. И для этого была нужна со стороны осетин жертва: с той стороны был Гамсахурдиа, а с этой тоже нужно было имя, и имя было только одно – Чочиев, так что сам Бог велел.

– Когда состоится реабилитация, Вы вернетесь? Или нужны какие-то внутренние условия для Вашего возвращения?

– В Южной Осетии у меня нет жилья.

– А куда делся Ваш дом на ул.Сталина?

– На Сталина мы снимали квартиру, потом я получил квартиру в институтском доме. Когда развелся с женой, я оставил им этот дом. Кстати, многие говорили, что я развелся в 1989 году для того, чтобы обезопасить свою семью. Это неправда. Хотя сам факт, что это действительно обезопасило семью – правда. И слава Богу.

– Но духовно Вас тянет в Цхинвал?

– Безумно притягивает Цхинвал. Особенно Театральная площадь. Сейчас у нас с моим другом детства, Славиком Гаглоевым, появилась идея. Поскольку свою научную разработку я закончил, у меня есть немного свободного времени, Славик напел мне 85 мелодий, из которых я выбрал 9 и пишу к ним слова. Это будет одна серия: «Театры фæз æмæ цъала». Так что все это во мне накрепко сидит. Я был еще школьником, когда появились названия «Театры фæз» и «Стометровка». Я обратил внимание, что чем сильней Стометровка проходила в жизнь, тем больше деградировал наш уæздандзинад, какой-то такой особый цхинвальский шарм, который я обожал и обожаю. Вот этот переход от Театры фæз к Стометровке – это был переход от уæздандзинад к свинству.

– Истфак ЮОГПИ, теперь Университета, стал знаменит тем, что он дал много хороших специалистов, а также тем, что Вы там работали. Идея, о том, что Вы можете приезжать и читать лекции нашим нынешним студентам, лишенным, в отличие от сухумских, возможности послушать курс лекций по арийской идеологии, это реально?

– Совершенно никаких возражений не имею. В свое время я принял настоятельное приглашение Абхазского университета, в 2002 году на 10-летие Республики Абхазии. У них работает факультет МГИМО по московским программам МГИМО, и оттуда к ним приезжают читать лекции. Они обещали мне, что примут пять человек из Цхинвала бесплатно, если я приеду читать лекции. Я согласился. Даже попросил свою дочь Анну подобрать комиссию, которая отберет эти пять человек – достойных, что-

бы не осрамиться. Это были прекрасные условия, и приехав во Владикавказ, я начал готовиться читать лекции, но Дзасохов посадил меня в тюрьму.

Что касается лекций здесь, то не читать лекции по арийской идеологии в Цхинвале, это преступление. Потому что Синхвал – это не город, это уже как громадная зона высшей школы, прародина мирового единобожия. Не читать язык на его родине – это грех. Я это понимаю. Есть только одна сложность: если я буду приезжать, я же должен где-то жить? Жить у дочери или где-то еще – это несерьезно. Я говорил с президентом об этом. И он, кстати, сказал, что сделает все, «чтобы вернулись наши лучшие люди». Мне многого не надо – маленький домик на земле, где я мог бы рано утром встать и пройтись босиком…



Инга Кочиева
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

 

хлеб

 

 

Экстренные службы

  • 112 – МЧС РЮО
  • 101 – Пожарная служба
  • 102 – Милиция
  • 103 – Скорая мед. помощь
  • 104 – Аварийная служба газа
  • 8098595 – Водоканал
  • 806 5030 – Защита прав потребителей
  • 805 47 71 – Вывоз строительного и бытового мусора
ЮОГУ

Цитаты

Иногда хватает мгновения, чтобы забыть жизнь, а иногда не хватает жизни, чтобы забыть мгновение. Джим Моррисон
***
Каждый живет, как хочет, и расплачивается за это сам. Дориан Грей
***
Сильные люди не любят свидетелей своей слабости. Маргарет Митчелл
***
У людей теперь нет времени друг для друга. Кларисса Маклеллан
***
Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть – вот идеальная жизнь. Марк Твен

Все комментарии

 

Энергоресур

Объявления

Продается животноводческая Ферма в с.Рындзы хъау (Ожора) Знаурского района РЮО, прилегающая территория 23га, подробности по т.89298056949
***

Услуги по заправке картриджей и ремонту принтеров . Быстро недорого с гарантией!
10 лет качественной работы! Так же продаются Б/У принтеры в хорошем состоянии, фирмы: Canon, Samsung , HP и Xerox. Телефон для справок +7 929 804 44 74, спросить Колю

***
***

Радио ОНЛАЙН!

Радио ОНЛАЙН!